- Есть что сказать? Присоединяйся к нам, и пиши!
Страница для печати
Отправить другу В отличие от своих товарищей Александр не был альпинистом-новичком. В последние годы экономист одного из чебоксарских предприятий всерьез увлекся походами в горы. И даже успел побывать под снежным завалом.
- В прошлом году зимой Саша впервые отправился в горы и вместе с инструктором попал под лавину, - рассказал «КП» брат погибшего Сергей. - Тогда им удалось спастись просто чудом. Они оказались на территории Грузии, и местные жители помогли им выбраться из снежного плена. Видимо, он не понял, не угадал знака, который дала судьба.
Зато брат, как мог, пытался отговорить Александра от поездки в Кабардино-Балкарию, никак не мог понять: зачем ему это надо. А Александр, смеясь, отвечал:
- Горы - это же так интересно!
Бабушка Александра и все его родные до последнего надеялись на чудо. О том, что спасатели нашли тела всех пятерых погибших, им сообщил журналист КП..
А вот мама и бабушка Александра тревогу старшего брата не разделяли. Все часы, пока шли поиски, они до последнего верили, что с их Сашей не могло произойти ничего плохого. Ведь он был сильным, спортивным человеком. Не пил и не курил, каждый день, в любую погоду выходил на пробежку, делал зарядку.
С женой Анжелой Саша развелся три года назад, детей у них не было. У бывшей супруги уже появилась новая семья, но Александр по-прежнему жил один.
- Он увлекается серьезной литературой, стихи Ахматовой просто обожает, - мама Александра Фаина Михайловна не может заставить себя говорить о сыне в прошедшем времени. – Всегда очень внимательный, заботливый. Вот и как приехал в Кабардино-Балкарию, сразу мне позвонил. Мол, все нормально: сейчас едем на базу. Все хорошо!
Возможно, такое праздничное беззаботное настроение и оказалось косвенной причиной трагедии.
- Альпинистов расслабила кажущаяся простота маршрута, - поделился с «КП» своей версией причины трагедии директор альпинистского лагеря «Безенги» Алий Анаев.
- Группа прибыла в лагерь 31 декабря, - вспомнил он. – Среди них был Александр Владимиров из Чебоксар - нормальный, хороший парень. В горы ребята отправились под руководством очень опытного инструктора, а перед этим они несколько дней тренировались. По всем правилам прошли всю необходимую подготовку.
Как предполагает Алий Анаев, причина случившегося – природная стихия, действие которой предугадать невозможно. К тому же кажущаяся простота маршрута, рассчитанного на новичков, сыграла с альпинистами злую шутку.
- Маршрут был первой категории сложности, - объяснил Анаев. – Ребята расслабились и выполнив намеченный путь, не вернулись вовремя в лагерь, пошли дальше…
База, где погибли альпинисты, оплатит все расходы, связанные с похоронами
- Мы уже разослали родственникам погибших телеграммы, - рассказал «КП»-Татарстан» директор АУСБ «Безенги» Алий Анаев. – Но с нами пока что связались только двое. Мы искренне хотим помочь родным погибших пережить это ужасное горе.
Как уверяет Анаев, АУСБ «Безенги» готова взять на себя все расходы, связанные с транспортировкой тел на родину. О каких именно суммах идет речь, дирекция базы не знает: подобная трагедия здесь происходит впервые.
Руководство АУСБ «Безенги» просит выйти на связь родственников всех погибших.
Куда звонить
360004, КБР, Нальчик, ул.Чайковского, 3.
Директор АУСБ "Безенги" Анаев Алий Хусеевич,
тел/факс. +7(8662) 775957, +7(928) 700-5489 (м
Вот несколько фоток с места происшествия
О Гидане от участника (Александры Ляпиной)
В группе было 9 человек: мы (Костя и Александра), Сергей и Иванна из Питера, Александр из Чебоксар, Слава из Мурманска, инструктор – Андрей Лиукконен, и ещё двое из Москвы – Ольга и Сергей. В альплагерь мы приехали официально, заплатив за путевки и предварительно пообщавшись с руководством. В программе подготовки предполагались теоретические занятия, тренировочные выходы и зачетное восхождение на Гидан-Тау. Так как нам с мужем нужно было уезжать на день раньше из-за работы, а с погодой могло не повезти, мы были готовы к тому, что на восхождение не попадем. Так что основной нашей целью была тренировка.
Инструктором было проведено несколько практических занятий по передвижению по горизонтальным и вертикальным перилам и организации точек страховки на рельефе, а также два акклиматизационных выхода – один совсем небольшой, второй – до начала подъема к хижине Укю. По тренировочным выходам стало ясно, что у Ольги и Сергея физподготовка недостаточная. Ольгу инструктор даже к хижине брать не хотел, считал, что она не дойдет. Они оба медленно шли. Поэтому, когда пришло время подниматься к хижине, они вышли на час раньше остальной группы. Мы с группой догнали их на пологом участке.
Накануне перед восхождением группой был произведен выход вверх до Теплого Угла: потропили, посмотрели что к чему... На этот день были запланированы снежно-ледовые занятия на леднике, но их мы провести не успели, так как потратили много времени на тропежку. Когда зашла речь о восхождении, инструктор сообщил, что не хочет брать с собой наименее подготовленных участников и предложил при наличии с утра нормальной погоды три варианта: 1). Он берет с собой 6 человек на восхождение 2). Идем все до цирка, а потом возвращаемся, т.к. времени не хватает 3). Просто проводим еще одну тренировку. Народ, естественно, не понял, почему при наличии нормальных условий для восхождения 6 человек должны от него отказываться, чтобы другим не обидно было? Поэтому Ольга с Сергеем остались в хижине.
На восхождение вышли всемером.
Старт по плану был назначен на 6.00, но мы собрались раньше, и вышли в 5.40.
У цирка Гидана были примерно в 10.00.
Сначала с левой стороны цирка тянулся гребень из фирна, потом под ногами пошел рыхлый снег. Солнце на склон еще не вышло. Слава тропил первым, за ним остальные. Я, кажется, шла предпоследней. Как только под ногами начался снег, инструктор забеспокоился. Тогда-то он и сказал: "Если снег ухнет и начнет проседать, сразу уходим обратно". Но времени на отход у нас не было. Снег стал проседать практически сразу. Команду "за камни" я услышала, когда наверху, метрах в 50, заклубилась снежная пыль. Люди, которые шли передо мной, - я не помню, в каком порядке - бросились назад и фактически оказались у меня за спиной. А я присела за камень спиной к лавине. Подозреваю, что в этот момент на склоне я находилась второй после Славы. Потом нас накрыло. По времени это были какие-то секунды. Теоретически мне известно, как надо вести себя в лавине, но я не успела ни освободиться от рюкзака, ни даже отбросить лыжные палки. И никто не успел. Когда движение снега закончилось и я пошевелилась, выяснилось, что уплотнившимся снегом мне зажало левую ногу до щиколотки. Освободиться удалось далеко не сразу. Хорошо еще, смогла дотянуться до ледоруба сбоку рюкзака. Даже не знаю, что было бы, если бы снег уплотнился мне по колено или по пояс. И кто и когда бы меня вытаскивал, если бы я оказалась одна…
Потом снизу подошел Слава, и мы начали искать остальных. Лыжные палки использовали как лавинные щупы. Я думала, что если мы не вышли на связь в установленное время, спасатели забеспокоятся и объявят тревогу. Сначала мне казалось, что если меня не настолько сильно засыпало, то другие тоже будут близко к поверхности. А потом лыжной палкой, ледорубами и руками мы откопали инструктора, на глубине около 1,5 м. Рация была у него в кармане, но при включении она только шипела. Слава предположил, что в цирке проблемы с радиосвязью и надо спуститься пониже. Я еще надеялась на какое-то чудо. Единственным шансом было как можно скорее связаться со спасателями. Пока шли вниз, мы все время вызывали их по рации, без ответа. Часов у нас не было, батарейка в рации садилась.
Со спасателями мы связались только в 17.00 - очередное контрольное время, установленное между ними и инструктором. У ребят, оставшихся в хижине, часы были.
Операция началась только утром. По состоянию снега мне сказали, что шанс был от силы в течение 15 минут.
Информацию в интернете я почти не читала...
С моей точки зрения... Восхождение было по плану. По тому же, по какому в ноябре взошла группа двух человек из первой смены. Погода была хорошая. Инструктор говорил, что в ноябре снега было больше. О том, что МЧС вроде бы не рекомендовал восхождение, я прочитала уже в Москве. А там я об этом не знала. Почему - непонятно. У меня было четкое впечатление, что они обо всем договорились, рацию выдали. Если инструктор казался настолько неадекватным, почему нельзя было сообщить об этом группе? "Инструктор держал группу обособленно..." Мы с мужем каждый день готовили на общей кухне завтрак, обед и ужин, туда регулярно заходили спасатели. Могли хотя бы намекнуть, что наш инструктор ведет себя странно и вообще от него можно всего ожидать. А то ребят из Питера отговаривали от восхождения на другую вершину 40 минут, а лично я узнала о лавинной опасности вообще только когда вернулась в Нальчик.
В горах мы с мужем были не в первый раз, но в зимних горах, к сожалению, только второй. И состояние склона мы сами оценили неправильно. Если бы инструктор потащил нас на восхождение при плохой видимости, в пургу или в туман, я бы знала, что ему ответить, а так ничто не предвещало случившегося. Я бы ни за что не сказала, что на этом склоне может сойти лавина. Более крутые склоны справа – да, согласна.
Естественно, если бы прозвучал хотя бы намек на ситуацию, лично мы никуда бы не пошли. Мы приехали не за значками, приехали получить опыт, поработать с железом. Инструктору это, кстати, было известно. Мы бы совсем не расстроились, если бы не поднялись на эту гору. Сергей из Питера вообще на ней уже летом был и, кстати, у него уже был значок. Иванна несколько лет назад также занималась альпинизмом. К слову о том, что в группе были прям совсем одни тупые новички, которые рвались получить гору за уплаченные деньги, наплевав на безопасность. Но мы пошли, потому что восхождение было по плану и погода несколько дней стояла хорошая с понижением температуры.
А еще интересно, почему все-таки спасатели не включили рацию на постоянный прием? Ведь в таких случаях очень важна оперативность.
Один небольшой дополнительный момент по поводу оперативности оказания помощи. Когда мы находились еще внизу в альплагере, у мужа случилась сильная аллергическая реакция на цитрамон с отеком на горле. Один раз такое уже случалось, и мы знали, что нужны инъекции супрастина. Но врача в лагере не оказалось. На выбор – возможно, фельдшер в селе Безенги, или скорая из Нальчика. В результате супрастин я ему колола сама. Сам медпункт, кстати, в альплагере достаточно нормальный, и просроченных лекарств в процессе поиска нужного мне я не встретила.
И никаких врачей или психологов в процессе и после проведения спасработ мной не наблюдалось. А Слава на следующий день после произошедшего поднимался до цирка, чтобы показать спасателям место, с растяжением ноги. И был не уверен, что дойдет. Но потом дошел и показал. Человек может много что сделать в шоковом состоянии.
Я не знаю, действительно ли на восхождение был запрет. Вроде как не был оформлен маршрутный лист. Я очень даже допускаю, что маршрутные листы могли оформляться задним числом: если ничего не случилось - не страшно. Инструктор показался мне достаточно осторожным человеком. Да, на месте он недооценил ситуацию. Но теперь уже ничего не сделаешь. А на него свалить очень просто - ответить он не сможет.
Где-то я видела правильное высказывание. Пошел в горы и что-то случилось - сам виноват. И это действительно так, потому что, получается, в серьезных ситуациях надеяться можно только на себя. И по-любому, в горы зимой нужно брать с собой лавинное снаряжение.
Спасибо за помощь ребятам из Питера – Александру, Петру и Глебу – и отдельно за помощь при спуске от хижины до альплагеря.
Тело альпиниста из Чебоксар, погибшего в Кабардино-Балкарии, не могут доставить на родину